S<o
Направленность: Слэш
Автор: Sco
Беты (редакторы): elena130-71, sasha.morgan, Lyissa
Фэндом: Ориджиналы
Рейтинг: NC-17
Жанры: Романтика, Психология
Предупреждения: Насилие, Нецензурная лексика
Размер: Миди, 47 страниц
Статус: закончен

Описание:
Он хорошо понимал, что шанс уложить трезвого натурала при первой же встрече, не прибегая к насилию, примерно один к ста. Но сейчас Густо был уязвим: сбит с толку, сильно напуган и, похоже, имел тот тип психики, которая легко подчинялась более сильному, идя по пути наименьшего сопротивления. У Дима был только один шанс сделать всё правильно с самого начала.

Примечания автора:
Сомнительное согласие, метания героев, гомо-порево, выстраданный амур.
Один из действующих лиц написан под впечатлением от героя книги Ю Несбё "Призрак".
Первый мой текст, написан триста лет тому назад. Сейчас даж неудобно)


Он не мог вспомнить, испытывал ли такой ужас когда-либо. То самое животное чувство страха, которое прилипает к тебе намертво, и от него невозможно избавиться, как невозможно отмыть машинное масло со своей кожи. Желудок сжимается в стылый камень и поднимается к горлу, по затылку проходит холод, спускаясь по позвоночнику вниз, сердце бьётся о грудную клетку так, что его стук можно физически услышать. От сумасшедшего ритма сокращений сердца кровь начинает пульсировать в висках, а в ушах «фонить». Руки и ноги подрагивали, и зубы предательски застучали, как на холоде. Все классические признаки атаки адреналина на организм. Густо был вне себя от страха.
 Единственный выход из комнаты, в которой он находился, перекрыли. Тот, другой, стоял возле двери, прислонившись спиной к косяку. Он не выпустит Густо отсюда. Вся его поза, его взгляд, его голос говорили об этом. Он не выпустит Густо из этой комнаты, пока не закончит с ним.
 Неделю назад он со своими приятелями угнал дорогущую спортивную Хонду и был слишком накуренный, чтобы понять, что у таких тачек есть серьёзные хозяева, с которыми не надо связываться мелкой шантрапе. Проехав несколько кварталов по пустой ночной дороге и не совладав с мощным движком, Олег задел бочиной фонарный столб, и машину закрутило. Все подушки безопасности выстрелили одновременно, и это было последнее, что помнил Густо. Когда пришёл в себя, парни сбивчиво рассказали, что машина влетела в пустую автобусную остановку и загорелась. Все успели выбраться и кое-как унести ноги. Олег дотащил его до следующего перекрёстка и поймал такси. Видимо, так их и вычислили. Наверное, таксист обратил внимание на парня с разбитым носом без сознания и запомнил адрес, по которому вёз горе-угонщиков. И теперь Густо стоял посреди этой комнаты, осознавая, что бежать некуда.
 – Почему тебя называют Густо?
 Хозяин сгоревшей Хонды бесцеремонно разглядывал его, как купленную и доставленную вещь. Неторопливо шарил по парню глазами, наверное, удивляясь, как в таком жалком сопляке нашлось смелости и дури угнать у него тачку. Он стоял, скрестив на груди крупные руки, весь такой в дорогих шмотках и с неровной стрижкой на белобрысой башке – он давил одним своим присутствием. Рослый, крепкий, хоть не похож на бандюка, а скорее на серьёзного системщика. В морде проглядывало что-то хищно кошачье, из тех, кто покрупнее. А главное, – и Густо даже перестал дрожать на секунду, удивившись, – совершенно жёлтые глаза! Вот прям как светофор! Ну, точно кошак... Мужчина жестом попросил амбалов выйти из комнаты и откинулся на дверной косяк, перекрыв Густо единственный выход, продолжая молча пялиться. Парень никогда не думал, что тишина может быть настолько зловещей. Он сцепил руки, чтобы унять дрожь, когда Желтоглазый наконец сказал:
 – Я мог бы простить тебе угон моей любимой и очень дорогой машины. Но в той машине была одна крайне ценная вещь, которая, как понимаешь, сгорела.
 И замолчал, очевидно, чтобы тот прочувствовал весь масштаб урона, причиной которого явился. Густо молчал, бледнея и покрываясь испариной. А мужчина продолжил:
 – Ты шпана, до которой никому нет дела. Я могу скинуть тебя в Москву-реку, и никто о тебе не вспомнит. Но, – он заговорил медленнее, – у тебя есть козырь, который мне трудно побить...
 Мозги Густо зашевелились, судорожно выискивая логику в словах врага. Какой козырь может быть у бестолкового безработного распиздяя, покуривающего травку? Желтоглазый заметил замешательство жертвы и ухмыльнулся. Бля, за такую ухмылку, бабы, наверное, сразу раздвигают ноги. Раздражение начало перевешивать страх: Густо не понимал, что за игру ведёт этот богатей. Выдержав паузу, кошак произнёс с полуулыбкой:
 – Ты охуительно красив, дружок. Это не твоя заслуга, это генетика. Пропорции твоего лица и тела идеальны, а возраст и твой образ жизни ещё не успели испортить то, что создала природа.
 Густо потряс головой: какие пропорции? Какая, к ебеням, генетика?! Он даже приоткрыл рот, но не нашёл, что ответить. Мужчина склонил голову набок и, глядя на него из-под полуприкрытых век, произнёс:
 – Когда я смотрю на тебя, у меня такой стояк, что яйца звенят.
 Настоящий животный ужас захватил угонщика быстрее, чем мозг успел оценить сказанное. Густо говорили, что сейчас его изнасилуют. Спокойным голосом, с очаровательной улыбкой, этот самоуверенный самец говорил, что трахнет его, как о давно решённом вопросе. Парень зажмурился, отгоняя тошноту. Конечно, с его внешностью, он часто становился объектом внимания пидоров, но никогда не сталкивался с такой прямой и неизбежной угрозой насилия. Желтоглазый тем временем продолжал говорить ровным голосом:
 – У тебя два пути. Послушай меня, послушай... Эй! – Щёлкнул пальцами, привлекая внимание Густо, очевидно, заметив, что тот начал зеленеть в преддверии обморока. – Ты можешь добровольно отдаться мне в руки, и я сделаю так, что ты будешь извиваться от кайфа подо мной. И не почувствуешь никакой боли.
 Густо поморщился и начал глупо оглядываться, будто в поисках норы, куда бы мог забиться. Он не мог понять, о каких путях говорит этот отмороженный мужик. Адреналин плескался в крови, готовя тело к сопротивлению или к побегу. Густо не мог решиться ни на то, ни на другое. Он было подумал, что лучше пусть его убьют в этой самой квартире, пусть скидывают в Москву-реку, но живым он не дастся. А пока сдвинул брови, пытаясь приободрить сам себя и поднял горящие ненавистью глаза на Желтоглазого хищника.
 Будто подслушав его мысли, «Хонда» разбил всю браваду Густо одной фразой:
 – Если ты будешь сопротивляться, гарантирую боль, кровь и ужас. Не советую тебе второй вариант.
 Густо услышал, как клацнули его зубы. Губы задрожали, и слезы навернулись на глаза. Ярость улетучилась, уступив место трусливому малодушию. Было плевать, что он выглядит жалким и ничтожным, он просто не мог справиться с настолько всепоглощающим чувством страха. Вся его нервная система была как под напряжением в 220 Вольт, в голову не приходило ничего, что бы могло помочь в этот жуткий момент.
 «Хонда» не двигался с места. Как опытный дрессировщик, он не пугал животное, держа руки на виду. Поза и выражение лица были расслаблены, голос звучал очень мягко. Он как будто уговаривал ребёнка съесть еще ложечку каши. И от этого колотило еще сильнее.
 – Ты должен выключить голову, Густо. Если выкинешь все страхи из головы, твоё тело сможет расслабиться, и ты не пострадаешь. Твой главный враг вот здесь. – И «Хонда» постучал указательным пальцем по своему лбу.
 Парня захлёстывала паника, он судорожно глотал воздух, борясь с тошнотой. Хотя, может, если сейчас блеванёт, это остудит насильника. Но чуда не произошло. Желудок только пульсировал, но не хотел помогать своему хозяину...
 В центре комнаты, куда притащили Густо, придвинутой к окну спинкой, стояла кровать, окончательно добивая своими размерами. По обе стороны кровати – тумбочки, вдоль одной из стен – комод. Помимо входной двери, в комнате была еще одна, которая, похоже, вела в ванную комнату. Густо даже подумал, не забаррикадироваться ли ему там и не напиться ли какой-нибудь отравы – всё лучше, чем быть изнасилованным.
 И тут Желтоглазый оттолкнулся спиной от косяка и начал медленно двигаться. Не делая резких движений, он приближался к парню, опустив руки и немного наклонив голову, будто следя за его состоянием по выражению лица. Хотя тут и так было всё очевидно: Густо был на грани помешательства.
 Он сглотнул, согнав набежавшую дурноту, и уставился на насильника не мигая, непроизвольно пятясь назад. Он пятился, пока не упёрся ногами в кровать. Чёрт! Самодоставка, блядь. «Хонда» улыбнулся, как будто уловил иронию, и медленно поднял руку, потянувшись к Густо. Тот перестал дышать. Он почувствовал, как рука легла на плечо и толкнула вниз, заставляя сесть на кровать. Не смея оказывать сопротивление, сел. Мужчина смотрел на него сверху вниз затуманенными глазами. О, Густо, как парень, хорошо понимал этот взгляд – это взгляд, когда у тебя уже распирает в штанах и всё остальное отходит на второй план.
 – Ты такой красивый, Густо, – хрипло проговорил Желтоглазый. – Хороший мальчик. Не бойся, не думай ни о чём, просто расслабься. Какой красивый...
 «Хонда» провел рукой по его волосам, затем по щеке. Пальцы были горячими и сухими. Он еле касался, будто боялся спугнуть. Густо боролся с желанием оттолкнуть его руки от себя и забиться в угол. Сидел, боясь пошевелиться, слыша, как дыхание Желтоглазого становится всё глубже и громче. Мужчина был сильно возбуждён, здесь не было никаких сомнений.
 – Разденься... пожалуйста, – Желтоглазый сказал это практически просительным тоном, без агрессии, но по его осоловелому лицу было понятно, что ещё секунда – и он сорвёт всю одежду с Густо сам.
 Пленник автоматически поднял руки и стянул футболку через голову. «Хонда» тихо простонал, увидев его голый торс, и Густо передёрнуло от отвращения. Он остался сидеть в одних джинсах и пляжных шлёпках на босу ногу, не решаясь поднять глаза.
 – Как тебя зовут? – спросил Желтоглазый, продолжая водить пальцами по щекам и подбородку Густо.
 – Андрей.
 – А почему Густо? – Палец провел по его верхней губе.
 – Говорили, похож на какого-то Густаво из сериала, хэзэ.
 – Дим, – представился Желтоглазый, взяв его за подбородок и приподняв лицо вверх. – Вообще Дмитрий, но все называют меня Дим. Хэзэ, – подъебнул, что ли?
 Дим секунду пристально смотрел ему в глаза, как будто оценивая готовность, и перешёл к активным действиям: начал расстегивать пуговицы на своих джинсах. Быстро, всё очень быстро! Густо не мог поверить, что это на самом деле происходит. Он уже хотел умолять и плакать, но был слишком напуган, помня, что те два амбала могут еще находиться в квартире. Мужчина расстегнул джинсы до конца и достал эрегированный член. Парень дёрнулся, порываясь вскочить, но Дим удержал его за плечо, надавливая вниз. Густо замотал головой, видя, как к его лицу приближается здоровенный возбуждённый член, с надутыми венами и порозовевшей головкой.
 – Дай, я накурюсь сначала! – в отчаянии вскрикнул Густо. Он хотел забыться и отупеть, всё это было чересчур омерзительно и жутко.
 Дим отрицательно покачал головой, продолжая гладить его по щеке и волосам.
 – Хороший мальчик. Не бойся. Не думай ни о чём, я тебя не обижу... – он бормотал что-то, пытаясь успокоить Густо, но тот только отодвигал лицо от его члена, мотая головой и нервно моргая.
 Наконец Дим с силой сжал подбородок жертвы и потянул вниз нижнюю челюсть, заставляя его открыть рот. Это было неизбежно. Густо остро осознал, что сейчас он возьмёт в рот мужской член. Он просто понял, что это произойдёт и всё. Густо почувствовал, как горячая головка коснулась его нижней губы и замерла.
 – Для начала оближи его. Давай. – Дим стоял перед Густо, непроизвольно покачивая бёдрами вперед-назад.
 Тогда парень понял, что должен просто закончить с этим. Это был единственный выход. В конце концов, пока его не бьют и не связывают, надо просто побыстрее ублажить этого извращенца и сделать ноги. Поэтому он высунул язык и быстро облизал головку, обмазав её слюной. Мужчина застонал и выгнулся. Не дожидаясь, пока Густо сам заглотит его член, он толкнулся вперед бедрами и тут же вскрикнул. Густо случайно полоснул его зубами.
 – Убери зубы, не то я тебя так выебу, что потом зашивать будут, – сказал Желтоглазый спокойно, и парень мгновенно открыл рот пошире, старательно убирая зубы.
 Дим толкнулся еще пару раз и, убедившись, что путь свободен, положил одну руку Густо на затылок, сжимая и разжимая его волосы в кулак. Он медленно трахал своего пленника в рот, приговаривая какие-то пошлости. Густо не шевелился и следил за зубами, стараясь не думать о том, что он отсасывает мужику.
 – Какой сладкий ротик, Густо. Напряги чуть-чуть язык, чтобы я его почувствовал. Вот так. Чёрт, как хорошо… – он говорил на выдохе, похотливым полушёпотом, продолжая сжимать волосы Густо и толкаясь ему в рот.
 Во рту появился солоноватый привкус, и Густо с омерзением понял, что у Дима потекла смазка. Не успел он это осознать, как тот уже начал набирать темп и толкаться глубже. Головка вошла в глотку, вызывая рвотный рефлекс. Парень начал хватать воздух ртом, из глаз брызнули слёзы, по краям рта вниз потекла слюна.
 – Расслабь, расслабь глотку. Расслабь. Дыши через нос. Глубже, – Дим приговаривал это и продолжал всё быстрее толкаться в его рот, начиная прерывисто дышать.
 Густо понял, что развязка уже близка, и ждал, зажмурив глаза. Слёзы текли по щекам, хотя тошнота уже отступила. Он просто ждал. Почувствовал, как член Дима увеличился и напрягся еще больше и горячая струя спермы прыснула в рот. Он упёрся руками в бёдра Желтоглазого, пытаясь оттолкнуть его и вытащить член изо рта, но тот крепко держал его за затылок. Со стоном сделал еще несколько медленных и резких толчков, выстреливая спермой в глотку своей жертве. Наконец глубоко выдохнул, и парень почувствовал, как член в его рту обмякает. Дим отпустил его голову, и он моментально выплюнул всю сперму на пол между своими коленями.
 – Хочешь воды или колы? – спросил Желтоглазый, подойдя к комоду и вытащив оттуда пачку влажных салфеток.
 Густо перестало трясти, видимо, нервная система выключилась, чтобы не перегреться. Он сидел на кровати уставившись в одну точку перед собой. Дим подошёл к нему и начал сам вытирать его лицо и грудь. От салфетки приятно пахло какой-то отдушкой. Вкус спермы почти прошёл. Дим сел перед парнем на корточки и заглянул ему в лицо своими жёлтыми глазами.
 – Вот видишь, конца света не случилось. Я буду твоим самым обалденным любовником, Густо, если ты просто позволишь мне сделать тебя своим.
 Тот встрепенулся. Мозг начал оценивать сказанное только что. Это еще не всё?! Фраза «сделать тебя своим» – это красивая замена фразе «трахнуть тебя в зад»? Дим заговорил быстрее, не давая Густо опомниться. Надо отдать ему должное, он был прекрасным психологом. Хладнокровная сволочь!
 – Мужчина знает, как доставить удовольствие мужчине. Ляг на кровать, Густо, давай. Я сделаю тебе так хорошо, что ты улетишь.
 Не прекращая говорить, Дим мягко опрокинул оцепеневшего парня на кровать и подтянул его выше, чтобы тот лёг во весь рост. Он ловко расстегнул его джинсы и стащил их одним рывком. Его голос не повысился ни на полтона, создавая иллюзию обыденности происходящего. Густо инстинктивно схватился за трусы, как за последний барьер между этим монстром и своей задницей. Дим сделал вид, что не заметил этих судорожных движений, и, сев рядом с ним на кровати, поглаживал его по груди, блуждая взглядом по напряжённому телу.
 – Я буду очень нежен с тобой...
 Он был расслаблен и удовлетворён, не источал никакой агрессии. Ещё бы, сразу после минета! Наконец, мужчина посмотрел в глаза Густо своими глазами цвета расплавленного золота. Вот скотина, он гипнотизёр, что ли? Несмотря на убаюкивающее поведение Дима, парень не расслабился ни на йоту, даже наоборот – его опять начало колотить. Никакого возбуждения он не испытывал и был уверен, что не испытает. Не говоря уж о каком-то удовольствии! Секс с мужчиной был ему противен на физическом уровне. Он не мог ни убедить себя, ни уговорить, ни успокоить. Если бы он уже не лежал, то наверняка бы упал от слабости в ногах. Страх пульсировал в желудке, расползаясь холодом по всему телу.
 Дим перекинул одну ногу через лежащую жертву и навис сверху, опираясь на вытянутые руки. Он разглядывал парня с секунду и потом начал сгибать руки в локтях, приближая своё лицо к его лицу. Не совладав с омерзением, Густо зажмурился, отвернулся и сразу почувствовал чужой язык на своей шее. Глаз Густо так и не открыл. Язык начал скользить вниз по шее, ключице и груди, пока не дошёл до соска. Парень почувствовал, как по груди побежали мурашки, и почему-то смутился.
 Очевидно, насильник решил, что мурашки – это хороший знак, и шустро всосал в рот левый сосок жертвы, теребя языком, периодически сжимая губами. Парень был не силён в физиологии, но по какой-то причине он почувствовал, как от соска начинают простреливать приятные импульсы куда-то вниз, к пупку и ниже. Эти ощущения немного отвлекли пленника от парализующего страха. Он даже удивился тому, что лежит тут, на этой огромной кровати, и молчит, вместо того чтобы орать и рыдать или звать на помощь. Наигравшись с его левым соском, мужчина накрыл губами правый и повторил те же манипуляции. Здесь Густо ничего не почувствовал и через несколько секунд с удивлением услышал:
 – Значит, левый. – И Дим вернулся обратно к левому соску.
 Да ни хера ж себе! Эта сволочь ещё и читает его как открытую книгу!
 Отпустив сосок, он повёл языком ниже, по животу, остановившись ненадолго у пупка. Здесь было щекотно, и пресс напрягся сам собой. Дим хмыкнул и начал спускаться ниже. Парень наконец приоткрыл глаза и посмотрел на желтоглазого маньяка. Физические ощущения от того, что делал с ним Дим, понемногу вытесняли страх. Густо не мог психовать и одновременно прислушиваться к своему телу. Тем временем тот дошёл до трусов и взглянул вверх на парня. Оба молчали. Наконец Дим, не отрывая взгляда от глаз Густо, мягко взял его руку, сжимавшую резинку трусов, и медленно отвёл её в сторону. Густо смотрел на него, как кролик на удава, не находя в себе смелости сопротивляться. Он всё равно боялся рассердить этого здоровяка, боялся, что тот его ударит или начнёт издеваться. Что его накажут за неповиновение. Ведь пока он не сопротивляется, ему не сделают больно, так он говорил?..
 Дим потянул трусы парня вниз, обнажая его съёжившийся член. Но тут уж было не до стеснения. Густо затаил дыхание, перебирая в голове версии того, что насильник будет с ним делать, одну страшнее другой. Его дыхание участилось, в висках опять застучало. Он услышал, как тот успокаивает его:
 – Мой мальчик... Не бойся. Доверься мне.
 Вздрогнув, парень почувствовал, как Дим мягко сжал его член и мошонку в ладони, как будто прижимая их к туловищу. Он еще несколько раз прижал их раскрытой ладонью, мягко сжимая. Густо понимал, что тот делает – пытается возбудить жертву, вызывая прилив крови к паху. В голове пронеслась мысль: а вдруг этот пидор хочет, чтобы Густо его трахнул, а не наоборот? Эта мысль слегка воодушевила, и парень даже немного приободрился, прислушиваясь к ощущениям. Мужчина продолжал гладить его пах, следя за лицом Густо, а тот рассеянно смотрел на него, ожидая следующего шага. Он увидел, как Желтоглазый открывает рот и, не отрывая взгляда от лица парня, вбирает в него его мягкий член. Бедному пленнику казалось, что это происходит не с ним. Образ мужчины между его ног, держащего во рту его член, никак не хотел укладываться в голове.
 Густо почувствовал горячий рот Дима, почувствовал, как тот сжимает и разжимает ротовую полость, как бы массируя член. Он не сосал, потому что там нечего было сосать – член был совсем вялый. Он именно массировал его, нагнетая и ослабляя давление у себя во рту, как в вакууме. Ни одна шлюха не делала Густо такого, ощущения были очень странные. Дим вытянулся между ног Густо, улёгшись на живот, и продолжал играть ртом с его членом, одновременно массируя рукой его мошонку. Парень чувствовал, как тот перекатывает в ладони его яйца, то поджимая их к члену, то наоборот, как будто оттягивая. Член предательски шевельнулся. Пленник закрыл глаза – ну, не удивительно. От такого минета и у импотента встанет. Только он об этом подумал, как насильник выпустил его член изо рта и полностью засосал его яйца. Густо замычал, не поверив, что слышит свой голос. Желтоглазый дрочил его член рукой, вылизывая мошонку. Член не желал больше лежать смирно, кровь прилила к паху, и, ещё недавно мечтавший о суициде, Густо возбудился. Чёртов изврат хорошо знал своё дело!
 Продолжая ласкать яйца бедного угонщика, мужчина засосал его полувозбуждённый член целиком. Густо мог поклясться, что он почувствовал глотку Дима – так глубоко тот заглотил его. Озабоченный прижал язык к стволу и начал двигать головой вверх-вниз, и это было чертовски приятно. Член парня быстро твердел, наливаясь кровью. Густо чувствовал, как Дим вылизывает его уздечку, засасывает головку, сжимая губы на ней. Несколько раз он мягко прихватывал головку зубами и тут же заглатывал член так глубоко, что парень чувствовал, как чужие губы прижимались к его лобку. Густо даже всерьёз задумался над тем, как он это делает и его не рвёт?
 На секунду Дим остановился, беря что-то в руки. Разомлевший парень приподнял голову и увидел, как тот, лёжа между его ног, открывает какой-то тюбик с узкой насадкой.
 Блядь, смазка! Сердце жертвы ухнуло вниз, эрекция стала быстро ослабевать. Значит, его всё же намереваются выебать. Он видел, как Дим быстро садится между его ног на колени и одной рукой поднимает его ногу вверх и вбок.
 – Стой! – Густо вскрикнул сорвавшимся голосом, выкидывая руку вперед, пытаясь защитить свою драгоценную попку, но тот был быстрее.
 Он округлил глаза, чувствуя, как тонкая насадка входит в задницу. Ебанутый насильник быстро надавил на тюбик, и прохладный гель полился Густо в задний проход. Он сжался и часто задышал.
 – Теперь тебе будет приятно, Густо. – Желтоглазый медленно вынул насадку из его задницы. – Иначе никак. Иначе было бы больно. Расслабься.
 Да он заебал уже со своим «расслабься»! Парень почувствовал, как смазка вытекает из задницы и течёт вниз, на одеяло. Пока он приходил в себя, Дим быстро смазал пальцы, лёг обратно на живот и энергично заглотил член Густо, хотя тот уже практически упал. Он работал ртом, как пылесос, сжимая и вылизывая член и яйца жертвы. Жертва лежала, глубоко дыша, нервно следя за каждым движением агрессора. Тот сильнее раздвинул ноги Густо в стороны – началась медленная атака на задницу парня...
 Сначала мужчина провёл пальцем по входу как бы случайно. Потом еще раз, и ещё, и наконец остановился возле него, легко массируя по кругу. Он гладил скользким пальцем тугие мышцы входа, немного нажимая.
 – Тебя никогда здесь не брали? – неожиданно спросил он, вынув изо рта член.
 Густо красноречиво посмотрел на него, и тот хмыкнул.
 – О, ты много потерял! У мужчины здесь есть такие точки, которые дарят охуительные ощущения...
 Боли не было. Совсем. Если бы не стресс, который Густо испытывал от понимания происходящего, он мог бы даже сказать, что это было приятно. Мужчина будто подслушал его мысли:
 – Я же сказал тебе, выключи голову. Есть только твоё тело, следи только за ощущениями. Твоя голова не даст тебе расслабиться. А если ты не расслабишься...
 Диму не надо было заканчивать мысль, парень всё понял. Если он не расслабится, то всё пройдёт хуже некуда. И тогда измотанный страхом Густо почувствовал смирение: он просто сдастся на милость победителя. В конце концов, этот извращенец пока никак его не мучил и, похоже, не настроен на садизм. С тяжёлым сердцем он кивнул и выдохнул. Желтоглазый понял, что его слова возымели эффект над несчастной жертвой, и с упоением продолжил сосать его член, массируя пальцем задний проход.
 Густо было приятно, что греха таить. Вся его нижняя часть радовалась манипуляциям Дима, и эрекция не заставила себя долго ждать. От массажа анальная мышца действительно стала немного расслабляться, пуская палец чуточку глубже. Парень почувствовал, как Дим выпрямил палец и ввёл его внутрь почти на половину, и рефлекторно сжал палец внутри. Тот не двигал пальцем вперед, а только немного раскачивал его в стороны, и Густо ощутил, как от заднего прохода идут волны удовольствия к паху и животу. Он запрокинул голову и закрыл глаза, стараясь дышать ровно.
 – Хороший мальчик. Такой послушный. – Желтоглазый протолкнул палец глубже и опять замер.
 Густо не двигался. Он ждал. Ждал, что будет дальше. Дим начал медленно водить пальцем вперед-назад. Каждый раз, когда он двигал им, Густо непроизвольно сжимал палец своим нутром. Тогда тот переставал атаковать его задницу и начинал дразнить головку языком, пока Густо не расслаблял мышцы. И так снова и снова. Член уже давно торчал колом и, похоже, уже начал сочиться. Ощущения были действительно обалденные. Непривычные, но обалденные. Наконец, когда парень даже вошёл в ритм, Дим вдруг начал медленно вводить внутрь второй палец. Густо охнул. Мужчина поднял глаза:
 – Что, больно? Только честно.
 Густо замотал головой. Нет.
 Дим засосал его член и, дождавшись, когда тот расслабится, протолкнул оба пальца почти до конца. Парень выгнулся, ему стало жарко. Блядь, это было стрёмно, но приятно. Дим немного вытащил оба пальца и стал медленно разводить их в стороны по чуть-чуть. Густо приподнял голову:
 – Что ты... Зачем?
 – Мне надо тебя здесь растянуть. Иначе я тебя порву. Хорошо?
 И не дождавшись согласия, продолжил растягивать пальцами вход. Мышцы напряглись, не желая сдавать позиции, но этот маньяк был настойчив, и через пару минут парень осознал, что уже почти не чувствует напряжения в проходе. Вот тебе и физиология!
 Желтоглазый повернул кисть ладонью вверх и немного согнул оба пальца, которые были полностью внутри. Густо пережил еще одно новое ощущение. Он лежал, глядя в потолок, прислушиваясь к себе. Дим немного повернул ладонь и еще раз согнул пальцы, делая манящее движение. Потом лёгкий поворот в другую сторону и опять то же действие. Затем он немного вытащил пальцы и еще раз их согнул. И тут парня как будто прострелило от мошонки во всех направлениях. От остроты и неожиданности ощущения он громко вскрикнул утробным голосом – он мог поклясться, что кончил, но это было не так. Ошарашенный, он поднял голову с подушки и вытаращился вниз, на Дима. Тот смотрел на него, прищурившись.
 – Значит, здесь. – И, не отрывая взгляда от лица Густо, еще раз согнул пальцы.
 Парень снова взвыл. Его накрыли волной ощущения, похожие на необычно яркий оргазм. Вернее, было такое чувство, что он вот-вот кончит, что оргазм неизбежен, но оно, это чувство, не проходило, держа его в этом напряжённом плену. Он глубоко дышал, тело покрылось испариной. Он никогда не чувствовал такого раньше! Ему хотелось разрядки, хотелось кончить, и эта мысль сейчас была единственной в его голове.
 Но у Дима были другие планы на его счёт. Он встал на колени, медленно вытащил пальцы из Густо и, ловко подсунув под него руку, перевернул на живот. Тот растерялся и хотел перекатиться обратно, но желтоглазый гад крепко взял его за бёдра и резко дёрнул на себя, поставив раком. Парень хотел было запричитать, но Дим его опередил:
 – В этой позе легче всего. Ты сможешь принять меня без всяких неприятных ощущений. Благодаря твоему ротику, я смог спокойно тебя подготовить. Но ты так стонешь, что у меня опять встал. Прогнись в спине, отклячь свою попку. Положи голову на подушку, не упирайся руками.
 Он провел руками по спине парня толкая лопатки вниз. Густо послушно прижался подбородком к подушке, прогнувшись в пояснице. В этой позе мышцы таза и живота, действительно, расслабились, как бы оттягиваясь вниз. Он услышал, как его стихийный любовник расстёгивает джинсы, как открывает тюбик со смазкой. Всё это заняло несколько секунд, но парню показалось вечностью. У него уже не было сил бояться, мысли путались в голове. Он просто ждал, что с ним сделают дальше.
 Дим снова медленно ввёл два пальца и немного развёл их. Другой рукой, судя по звуку, он смазывал гелем свой член. Растянув проход, пальцы выскользнули из Густо.
 – Не задерживай дыхание и расслабь свою дырочку. – С этими словами Дим положил два больших пальца на вход и потянул в разные стороны.
 Густо старался не сжиматься, старался дышать глубоко. Он почувствовал, как горячая головка прижалась к входу и начала медленно проскальзывать внутрь.
 – Дыши. Дыши. Не сжимайся. Вот, молодец. Вот так. Хороший мальчик. – Дим не прекращал тихо бормотать, как будто, если он замолчит, потолок упадёт на пол.
 И тут горе-угонщик в полной мере ощутил, как в него входит член другого мужика. Он двигался внутрь, медленно скользя, заполняя собой. Он входил вперед и вперед, и Густо казалось, что он вошёл в него чуть ли не на метр. Желтоглазый продолжал что-то говорить, не прекращая движения внутрь. Парень поверхностно дышал, прислушиваясь к своей заднице. Ему не было больно, но ощущения были такие противоестественные, что, если бы не уязвимая поза, он бы лягнул Дима ногой и убежал. Когда тот остановился, Густо понял, почему тот так настойчиво вторгался, не меняя темп и не останавливаясь. Мышцы тут же рефлекторно сжались вокруг члена, пытаясь вытолкнуть его. Густо никак не мог контролировать это, и, похоже, Дим об этом знал и не двигался.
 – Чёрт. Густо. Хорошо, что ты мне отсосал сначала, а то я бы прямо сейчас кончил. – Он глубоко дышал, его голос стал сиплым. – Ты так сжимаешь меня там, словами не передать. Такая девственная попка, и вся моя. Но я вошел до конца, так что больше нечего бояться, слышишь?
 Руками он гладил парня по ягодицам и спине. Густо чувствовал своей задницей и мошонкой волосы в паху мужчины. Сейчас они были так тесно сцеплены, будто две фигурки Лего. Дим начал покачивать бёдрами из стороны в сторону, и парень ощутил лёгкие волны удовольствия, которые расходились от ануса к паху и животу. Дим наклонился над ним и опёрся одной рукой о кровать. Другую руку просунул под живот притихшему пленнику и сжал его член. Рука была вся в смазке и легко заскользила по горячей коже.
 – Поласкай себя. – Дим нагнулся ниже, взял его ладонь и провёл несколько раз ею по члену.
 Густо обхватил свой член, удивившись возвращающемуся стояку. Он начал дрочить, решив, что стесняться здесь уже нечего. В этот момент Дим сделал легкий толчок, потом ещё один. Густо ощутил, как член двигается в его заднице, и начал дрочить быстрее, а мужчина понял, что ему дали зелёный свет, и осмелел. Он держал медленный темп, не высовываясь сильно наружу. Густо дрочил, поражаясь тому, что он вообще может получать удовольствие, когда какой-то мужик трахает его в зад.
 – Ты не представляешь, какой это кайф. Если хочешь, мы найдём тебе потом парня, и ты сможешь отжарить его в очко. – Густо тихо застонал, продолжая дрочить. – Тебе нравится, Густо? Нравится, когда я долблюсь в твою попку?
 Мужчина начал набирать темп, а Густо уткнулся головой в подушку, закрыв глаза. Он глубоко дышал, чувствуя, как из его приоткрытого рта на подушку вытекает слюна. Комната наполнилась стонами. Густо уже не мог отличить свой голос от голоса его случайного любовника. Он почувствовал, что уже недалеко от разрядки, но тут Дим остановился и вынул член из его задницы.
 – Так, стоп. Ты меня уже сжимаешь, значит, скоро кончишь.
 С этим словами он толкнул Густо вбок, и тот повалился на кровать всем корпусом. Пока удивлённый парень лежал, успокаивая дыхание, Дим взял большую подушку и положил перед своими коленями.
 – Давай сюда свою задницу. Я подарю тебе твой самый сильный в жизни оргазм. – И он призывно похлопал по подушке ладонью.
 Сбитый с толку пленник послушно подполз к Диму на дрожащих ногах и начал неловко пристраивать свою попку на подушку. Дим нетерпеливо приподнял его за бёдра и толкнул на спину. Теперь задница Густо лежала на подушке, как еда на подносе. Мужчина наклонил голову вбок, гладя член любовника рукой.
 – Какой же ты красавчик, Густо.
 Он приподнял его ноги и, согнув в коленях, прижал их к его животу.
 – Подержи их руками. Сделай мне букву «М» своими стройными ножками. – Он наклонился и поцеловал Густо в коленку.
 Парень уже почти не анализировал, он просто делал то, что ему говорят. Он прижал ноги к своему животу, держа их под коленями, а Желтоглазый придвинул бёдра вплотную к блестящей от смазки заднице и размазал её по входу. Из-за подушки попка Густо была выше его головы, но он уже не пытался изменить позу. Дим взял свой член в руку и приставил головку к входу.
 – Я вхожу. Выдыхай.
 Густо выдохнул и расслабился как мог, принимая чужой член. Дим опять двигался медленно, но не стал входить до конца. Он остановился, войдя на две трети, и подождал, пока анальные мышцы парня перестанут сокращаться. У Густо наступила стадия, когда он понял, что всё самое страшное уже позади. Он перестал ожидать подвоха. Похоть вышла на первый план, и он просто хотел получить кайф от секса с этим странным мужчиной.
 Дим толкнулся вперед и замер. Потом немного приподнялся на коленях и сделал еще один толчок. Густо не мог дрочить себе, потому что держался руками за ноги, и прежде чем он успел поймать себя за язык, услышал свой осипший голос:
 – Возьми его в руку.
 Дим сжал его член рукой, немного подвинулся вправо бёдрами и еще раз толкнулся. Густо вскрикнул. Опять это чувство, волна замедленного оргазма накрыла всё тело. Он непроизвольно сжал руками свои ноги до синяков. Мужчина выдохнул и начал ритмично двигаться, не меняя позы, каждый раз задевая ту самую точку. Одновременно он массировал пальцем место где-то между мошонкой и анусом, а другой рукой мягко скручивал член Густо, будто по спирали вбок. У бедного парня глаза полезли на лоб от фонтана ощущений.
 – Ёб... твою... мать..., – только и мог он выдавливать из себя на каждом толчке.
 Его лицо запылало, должно быть, от того, что он забывал дышать, иногда задерживая дыхание на несколько секунд. Он стонал и метался головой по подушке, желая разрядки и одновременно желая, чтобы это чувство никогда не заканчивалось. За шумом в ушах до него доходил голос Желтоглазого:
 – Хороший мальчик... Давай, сладкий, давай... Чёрт, какая классная задница... Давай, кончай. Я тоже уже скоро.
 Тело Густо больше не принадлежало ему, он не мог влиять на свои ощущения, он просто лежал и ощущал, как волны тяжёлого мутного кайфа нарастали и нарастали с каждым толчком этого неуёмного мужика, и он уже не мог понять, трахает ли Дим его, или дрочит, или массирует какую-то хитрую точку в его паху. Вся его нижняя часть извивалась в истоме, член пульсировал так, будто сейчас взорвётся. От напряжения мышцы пресса заныли, но Густо не чувствовал ничего, кроме этих сумасшедших спазмов. Он услышал свой голос, повторяющий одно слово: «ещё, ещё, ещё...», и как Дим говорит ему что-то в ответ. Сердце билось так сильно, что казалось, сейчас сломает рёбра...
 И тут накрыл оргазм. Какое-то разноцветное блаженство обрушилось на него, заставляя содрогаться всё тело в сладких конвульсиях. Густо услышал свой вопль, перед зажмуренными глазами что-то вспыхнуло, он почувствовал, как струя горячей спермы выстрелила ему на живот и грудь, забрызгав подбородок. Судороги били ещё какое-то время, а сперма продолжала течь, выстреливая порциями.
 – Блядь, ты меня так жмёшь внутри. – Дим застонал и вытащил член из его тела.
 Он привстал на коленях и сразу излился парню на живот, тяжело дыша. После нескольких выстрелов он усмехнулся, глядя на затраханную жертву. Тот всё еще держался за свои ноги, очевидно, мышцы его не слушались. Дим мягко потянул его ноги на себя, медленно разгибая их в коленях. Вытащил подушку из-под его задницы, и Густо растянулся на кровати, не открывая глаз.
 Угонщик Хонды проваливался не то в сон, не то в обморок. В его теле больше не было энергии, а нервная система, скорее всего, вообще приказала долго жить. Он не мог пошевелить даже веками. Перед тем как окончательно забыться, он слышал, как Дим включил воду в ванной, как вытирал его живот и пах чем-то тёплым, влажным и махровым и затем накрыл его легким покрывалом. После этого – темнота.
 
***

 Густо открыл глаза. Он лежал на правом боку на краю кровати, перед глазами – стена с комодом. В комнате был полумрак, видимо, рассвет только начинался. Он сразу понял, где находится. Он отчётливо помнил все события прошлого вечера, а сейчас чувствовал жаркое тело Дима позади себя. Мужчина прижался к его спине своим торсом и животом, положив свою пятерню Густо на бедро. Судя по ровному дыханию, хозяин квартиры спал. Густо потянул ноги и почувствовал боль в мышцах, будто он весь день вчера качался в зале. Пресс тоже побаливал. Парень сжал ягодицы, но не почувствовал никакой боли в заднице. Это приободрило. От его возни Дим пошевелился, и парень замер, сам толком не зная почему. Но было поздно – он разбудил монстра.
 Дим прижался к его спине еще плотнее, медленно проведя рукой по его животу вверх и далее, по груди. Густо отчётливо почувствовал стоящий член, упирающийся ему в ягодицу. Мужчина задержался пальцами около левого соска парня и начал спускаться обратно вниз. Дойдя до паха, бесцеремонно сжал в ладони член и мошонку. Густо почувствовал себя девкой, которую домогаются с утренним стояком. Надо бежать, пока его опять не поимели.
 Он откинул одеяло и сел на кровати, свесив ноги. Разглядев свою одежду на краю кровати, быстро встал и начал поспешно натягивать трусы с джинсами. Ноги дрожали, будто он пробежал несколько километров, он с трудом держал равновесие. Наспех застегнув джинсы, Густо начал озираться в поисках футболки и нашёл её на комоде. Надев футболку, скосил глаза на лежащего блондина. Парень плохо видел его лицо в полумраке комнаты, но понял, что мужчина смотрит на него в упор, положив одну руку под голову. Тихий голос Дима разрезал тишину.
 – Как драгоценное здоровье?
 Густо хмыкнул. Очевидно, под «здоровьем» Дим имеет ввиду задницу гостя.
 – Вашими молитвами.
 – Куда засобирался в такую рань, да так поспешно?
 Густо слышал, что Дим улыбается, как будто подтрунивая над ним. Он был расслаблен и, судя по всему, не собирался задерживать свою вчерашнюю жертву. Подойдя к двери, Густо остановился. Он подумал про угнанную машину и какую-то ценную вещь, сгоревшую вместе с ней. Он неуверенно произнёс, не то утверждая, не то спрашивая разрешения:
 – Я пойду...
 Парень услышал шорох за спиной и быстро обернулся. Дим сел на кровати, взяв с тумбочки что-то, похожее на небольшую коробку, которая пикнула у него в руках и вспыхнула зеленым светом. Блин, его телефон! Должно быть, он выпал из джинсов, когда Густо раздевали, как куклу. Пока без пяти минут беглец шёл обратно к кровати, Дим быстро набрал какой-то номер. Через пару секунд другой аппарат завибрировал на комоде. Ясно, теперь они обменялись номерами.
 Дим протянул Густо мобильный.
 – Я не буду сохранять твой номер. Но если тебе чего-нибудь захочется..., – он сделал паузу, – ты можешь позвонить мне, Густо.
 Тот взял телефон из рук Желтоглазого, неопределённо кивнул и пошёл к двери. Открыв её, обернулся:
 – Прости за машину и вообще. – С этими словами он почти вышел из комнаты, когда вдруг услышал за спиной спокойный голос Дима, который произнёс, зевая:
 – Да фигня, она всё равно полностью застрахована. Не переживай.
 Густо повернулся в дверном проёме и неуверенно спросил:
 – А эта ценная вещь?..
 – А, да. Мангал. Я его очень любил.
 Угонщик постоял с секунду, обдумывая только что услышанное. Одна мысль всплыла в его сознании: его жестоко наебали во всех смыслах этого слова. Закипая от злости, он услышал тихое хихиканье с кровати. Так его вчера имели во всех позах за сраный мангал?! Густо отчётливо проговорил, растягивая звук «Р»:
 – Ну ты и... ур-род! – И поспешно закрыл дверь, изумившись своей дерзости.
 Он быстро дошёл до входной двери, в ужасе подумав, что, если она закрыта на ключ, ему придется позорно плестись обратно в спальню. После такого фееричного ухода он выглядел бы довольно жалко, прося выпустить его на улицу. К его счастью, на двери были только внешние замки. Он несколько раз покрутил замки в разные стороны и нажал на ручку. Тяжелая железная дверь открылась, когда Густо услышал шаги босых ног по паркету за спиной и пулей вылетел на лестничную площадку. Пробежав мимо лифтов, он ринулся сразу на лестницу и устремился вниз, перескакивая через несколько ступенек. Запыхавшись, выскочил из подъезда на улицу. Было прохладно и влажно, июньское солнце только вставало. В одной футболке Густо быстро покрылся мурашками и поёжился. Заприметив недалеко от себя сонного мужика, выгуливающего собаку, парень двинулся к нему, чтобы узнать путь до ближайшего метро. Желтоглазый мужчина остался в прошлом, от которого Густо уходил быстрыми, широкими шагами. В тот момент он думал, что никогда больше не увидит своего мучителя...


 Дим не мог припомнить, когда ему было так невыносимо скучно. Он отчаянно боролся с зевотой. Полный молодой мужчина, сидевший за столом напротив него в неоправданно дорогом ресторане, говорил без пауз, казалось, уже с полчаса. Когда говоривший делал маленький передых и увлекался содержимым своей тарелки, Дим и его заместитель, мужественно терпящий эту пытку рядом со своим начальником, обменивались говорящими взглядами. Но делать нечего: у этого отталкивающего болтуна были связи, которые были крайне важны для работы. И Дим терпел. Он подумал, что будет вполне уместно отсидеть еще полчаса и откланяться, сославшись на форс-мажор, бросив этого балабола на своего безропотного заместителя. Он даже подумал, что за это даст ему пару дней выходных. Но даже эти полчаса казались целой вечностью.
 Дим с безысходностью посмотрел на свой телефон, лежавший рядом с тарелкой на столе. И его телефон ответил ему! Он вдруг ожил, высвечивая входящий звонок с неизвестного номера. Он вскочил на ноги и состроил тревожно-озабоченную гримасу, как будто ему звонил сам Путин. Схватив телефон и изобразив руками нечто, отражающее «не могу не ответить», быстрыми шагами направился в пустое фойе ресторана. Он нажал кнопку принятия вызова и приложил телефон к уху.
 – Алё.
 Из трубки донеслась приглушённая музыка, голоса и смех людей, звон посуды. Ему явно звонили из питейного заведения. Возможно, кто-то случайно набрал номер, но он был так счастлив сбежать из-за стола, что было всё равно. Он повторил:
 – Алё.
 Дим вышел в фойе и встал рядом с пустым гардеробом, который был закрыт на лето. Он привалился к стене и закрыл глаза. Еще полчаса, и он умчится домой. Нальёт себе чая, включит тихую музыку и будет валяться на кровати, глядя на ползущие красные отблески заходящего августовского солнца на потолке, думая обо всём и ни о чём. Он почти забыл, что продолжал держать трубку возле уха, когда отчётливо услышал вздох на том конце. Дим очнулся. Слабая надежда шевельнулась в груди. Он убрал телефон от уха и посмотрел на дисплей. 26!
 В то утро Дим сказал правду: он не стал сохранять телефон Густо, чтобы не иметь соблазна. Но запомнил последние две цифры, чтобы узнать номер, на случай, если тот напишет смс или позвонит. Это были те самые две последние цифры. Конечно, номеров, заканчивающихся на 26, полно, но вдруг...
 Он молчал, вслушиваясь в шум на том конце, когда вдруг прозвучало:
 – И на чём ты теперь ездишь, шашлычник?
 Дим тихо выдохнул. Этот голос он узнал бы из тысячи. Хриплый и грубоватый, как у простуженного подростка. Это был он, Густо. Тот, кто не выходил у него из головы уже который месяц.
 Когда ребята из службы безопасности приволокли перепуганного парня в его квартиру, Дим был зол как чёрт. Отсутствие машины путало ему все планы на ту неделю, кроме того, пришлось возиться с кучей бумаг в полиции и страховой. К тому же, он, как назло, оставил в багажнике папку с уже подписанным оригиналом договора и бесился от того, что придётся опять ехать в Тюмень, чтобы подписывать! Он увидел, как ребята втолкнули худого парня в комнату, чувствуя, как разрастается его озлобленность к этому тупому щенку, который от скуки и дури взорвал его машину. Парень оглянулся по сторонам и, заметив Дима, уставился на него своими чёрными глазищами.
 Дим опешил. Парень был настолько красив, что, казалось, от него исходило слабое сияние. Его лицо было красиво той андрогинной красотой, на которую засматриваются и мужчины, и женщины. Он был похож на рисунки индийских богов с миллионами рук и голубой кожей, которые Дим видел в храмах Пуны. Огромные миндалевидные тёмные, почти чёрные, глаза под изогнутыми чёрными бровями, ровный нос с узкой переносицей и чёткими маленькими ноздрями, полный рот с глубоко вырезанным рисунком верхней губы, заострённый узкий подбородок. Его чёрные волосы отливали синевой, как дорогой мех какого-то экзотического животного, а кожа была нежно-оливкового оттенка.
 Ярость испарилась без следа, уступив место интенсивному желанию обладать этой драгоценностью. Дим видел немало красавчиков, заполонивших гей-клубы Москвы в поисках секс-партнёров или богатых спонсоров. Но перед ним сейчас был совсем другой тип мужчины. Породистый щенок, убежавший на улицу и заигравшийся там с псами из подворотни, забывший, кто он есть. Не огранённый алмаз, не осознающий свою ценность. Наследный принц, прожигающий жизнь среди шпаны. Он был живой, горячий. На его лице играла куча эмоций. Агрессор был сражён в самое сердце.
 У Дима были две основные черты, которые определили его успех в жизни. Во-первых, он мог сохранять хладнокровие в любых ситуациях. Какая бы буря эмоций ни раздирала его на части, внешне он всегда был расслаблен и безмятежен. Эта черта была крайне полезна в работе, но часто становилась причиной обид со стороны близких и друзей, считавших его бесчувственным чурбаном. Второе – он был прекрасным манипулятором. Он чувствовал людей и почти всегда мог угадать их следующий шаг или мысль, и знал, как направить их в нужную ему сторону. В тот момент, стоя перед Густо, как громом поражённый, он с сумасшедшей скоростью анализировал, что ему делать дальше, чтобы заполучить парня себе сейчас же.
 Он хорошо понимал, что шанс уложить трезвого натурала при первой же встрече, не прибегая к насилию, примерно один к ста. Но сейчас Густо был уязвим: он был сбит с толку, сильно напуган и, похоже, имел тот тип психики, которая легко подчинялась более сильному, идя по пути наименьшего сопротивления. У Дима был только один шанс сделать всё правильно с самого начала. Он видел страх и ударил по нервной системе парня прямой угрозой. Конечно, он бы не стал его насиловать или бить! На самом деле вид человеческих страданий или крови напрочь отбивал у Дима любое желание. Но Густо этого не знал, а мужчина был хорошим актёром. Он не смог держать себя в руках, заставив свою жертву отсосать ему, но затем отблагодарил сторицей.
 После той ночи Дим постоянно ловил себя на мысли о парне. Он говорил себе, что со временем это пройдёт, но этого не происходило. Он думал о нём утром, когда просыпался; в машине по дороге на работу; за обедом, когда никто не докучал ему разговором; вечером в душе, когда он дрочил, вспоминая тело Густо на своей кровати. Он почти перестал появляться в барах и выслушивал насмешки от приятелей по поводу «разбитого сердца». Он уже начал подумывать, не взять ли у помощника адрес мальчишки и не рвануть ли к нему домой. И вот теперь, после нескольких месяцев этого невроза, он почувствовал, как у него задрожали руки от этого хриплого голоса в трубке.
 Судя по нетвёрдым согласным и растянутым гласным, Густо был хорошо навеселе. Ясно: пьяный звонок. Дим ужасно боялся, что тот спьяну уронит трубку, или у него разрядится телефон, или вдруг сейчас в Дима попадёт молния, и он опять потеряет его... Как обычно, он взял инициативу на себя:
 – Ну и где мы напиваемся в этот чудный вечер? Забрать тебя?
 Дим прикусил губу. Начал разговор словами «брать» и «тебя» в одном предложении! Во дурак! Он быстро добавил, чувствуя себя педофилом, заманивающим ребёнка игрушкой:
 – Посмотришь на мою новую машину. В Москве такой больше нет.
 И это была наглая ложь. Но он был в отчаянии.
 Густо нарочито воодушевлённо охнул:
 – Да? А порулить дашь?
 Дим нащупал ключи от машины в кармане пиджака и быстрым шагом вышел из ресторана. Нельзя было терять ни минуты. Он шёл к парковке, продолжая говорить расслабленным голосом, будто в этот момент лежал на пляже.
 – А у тебя есть права, пьяница? Протрезвеешь – дам. Где ты? Я как раз сейчас за рулём.
 Он открыл машину, сел за руль и нажал на кнопку двигателя. Машина заурчала, включился кондиционер. На том конце была тишина. Мужчина продолжал спокойно говорить, как будто они были приятелями уже тысячу лет.
 – Надо бы вкусно поесть и сгонять куда-нибудь посмотреть футбол. Кто сегодня там играет?
 Густо наконец неуверенно ответил:
 – Я в «Медведе», на Пятницкой.
 Дим мысленно поблагодарил всех богов и рванул с места. Он знал это место. Тот ещё гадюшник, но до него было минут пять езды. Он продолжал нарочито лениво говорить в трубку, давя на газ.
 – Мясо хочу. Нет, лучше суши. Любишь суши?
 Первые два светофора он пролетел на мигающий жёлтый, следующий светофор включил ему зелёный свет. Входя в поворот на приличной скорости, Дим, будто случайно, заметил:
 – Так, я рядом с тобой как раз еду. Поехали, отдохнём, как люди.
 Он выехал на Пятницкую, ища глазами вывеску «Медведя». До неё оставалось метров триста. Не давая Густо времени подумать, он сообщил:
 – Карета подана, выходи, полюбуешься моей красавицей.
 – В смысле, ты рядом с «Медведем»?
 – В смысле, да, – передразнил хитрец.
 Парень что-то пробормотал и отключился. Быстро отправив смс своему помощнику в ресторан, что у него серьёзное дело, Дим отключил телефон и уставился на вход в бар. Он слишком разволновался и пытался привести дыхание в норму. Хотел было включить музыку, но боялся пропустить вожделенного красавца, выходящего из «Медведя» на улицу. Наконец он увидел знакомую фигуру. Худой, как подросток, с чёрными густыми волосами, торчащими во все стороны, Густо стоял на тротуаре, засунув руки в карманы и пошатываясь. Дим посигналил. Тот повернул голову на звук, и он помигал ему фарами. Густо неуверенно пошёл к машине, а Дим смотрел на него и понимал, как же он хотел видеть его всё это время. Казалось, сейчас исполняется его заветная мечта – долгожданный новогодний подарок шёл ему в руки. Он глубоко вздохнул и вышел из машины.
 Мужчины встретились глазами. Дим открыто улыбался Густо, как доброму приятелю. Густо то поднимал глаза на Дима, то опускал их на асфальт, то рассеянно смотрел на машину. Гордый водитель хлопнул машину по крыше, начиная разговор:
 – Пятьсот пятьдесят лошадей, разгон до 100 километров за три и девять секунды. Зверюга не для слабонервных. У меня даже шлем для тебя найдётся.
 Подгулявший зритель хохотнул и подошёл ближе. Он приподнял брови и скривил гримасу типа «подумаешь, видали и лучше», и с лукавой улыбкой посмотрел на Дима.
 – Чего чёрная-то? Взял бы уже красную, как все старички.
 Тот приложил руку к сердцу, качая головой:
 – С некоторых пор я полюбил чёрный цвет. В моём возрасте мужчины капризны.
 Густо опять хохотнул. Беседа шла легко и непринуждённо – Дим был в этом мастер. Наконец, после обмена колкостями, он хлопнул себя по животу:
 – Есть охота. Пойдем, съедим что-нибудь неприлично дорогое. Отметим мою новую машину, да не возьмёт её ни вода, ни огонь. – И он подмигнул Густо.
 Тот заржал в голос, слегка запрокинув голову. Дим увидел его ровные жемчужные зубы, как кожа на его переносице обворожительно сморщилась от улыбки. Чёрт, теперь он понимал кавказцев, которые похищали невест, закатав их в ковёр. Надо было действовать. Дим кивнул горе-угонщику на машину и начал усаживаться за руль, молясь, чтобы тот последовал его примеру. Парень перестал смеяться и стоял, в нерешительности глядя на водителя через лобовое стекло. Ясно: он позвонил Диму под влиянием алкогольного импульса и теперь сомневался, не зная, что делать дальше. Надо срочно его увозить, пока он не протрезвел окончательно. Дим перегнулся через пассажирское сиденье и открыл дверь.
 – Давай хотя бы поедим, а то я умру прямо здесь с голоду, – он давал Густо понять, что тот может в любой момент передумать и слинять, что ему пока ничего не угрожает.
 И ягнёнок поплёлся в пасть волку. Густо открыл дверцу и сел на пассажирское сиденье, оглядывая салон. Включив двигатель и начав сдавать назад, Дим кивнул ему на ремень безопасности.
 – Здесь подушки не так сильно стреляют, тебе понравится.
 Густо опять засмеялся, а Дим вырулил на дорогу и надавил на газ. Он развлекал дорогого пассажира глупыми шутками всю дорогу. Время от времени он спрашивал свою нетрезвую пассию, не хочет ли она есть или пить, а может, им рвануть в ночной бассейн? Парень пожимал плечами и мотал головой, изображая равнодушие, но Дим чувствовал, что тот волнуется. Наконец, как бы между делом, он спросил у Густо то, что его мучило с первой минуты их сегодняшней встречи:
 – Густо, у тебя есть какие-то проблемы, в которых я могу тебе помочь? – И замолчал в ожидании ответа.
 Тот хмыкнул, откинувшись на сиденье.
 – Ты думаешь, я буду вышибать из тебя деньги?
 Дим почувствовал холод, сжавший его лёгкие: да, он опасался этого. Ведь парень был шпаной и, возможно, неудавшимся вором, и такой вариант Дим не мог списывать со счетов. Ничем не выдав своего состояния, он пожал плечами, будто говоря: «Жизнь есть жизнь, всякое бывает».
 – Мне ничего не нужно. Не знаю, зачем я позвонил. – Густо отвернулся к окну.
 Почувствовав сильное облегчение, Дим толкнул его в плечо:
 – У меня дома обалденный торт «Наполеон». Увёз из гостей, практически угрожая хозяевам холодным оружием. Ты как насчёт сладкого?
 Тот пожал плечами и начал с нарочитым интересом разглядывать стереосистему. Сигнал был услышан: Густо согласен ехать к соблазнителю домой! От воодушевления Дим превысил скорость, наплевав на камеры дорожного наблюдения, и через пять минут они въехали в подземный гараж его дома. Парень молчал. Выключив двигатель, Дим кинул ключи пассажиру на колени.
 – Закрывай машину, я вызову лифт.
 Густо вылез из машины и начал неуверенно тыкать в брелок. Железный конь пикнул, помигал фарами и закрылся. Дим уже стоял возле лифта, любуясь на свою добычу. Он рассеянно думал о том, как же сильно запал на этого паренька и как давно с ним этого не случалось. А ведь еще полчаса назад, сидя в ресторане, он думал, что это один из худших вечеров в его жизни. Всё-таки жизнь – непредсказуемая штука.
 Дим и Густо зашли в кабину лифта, и дверь бесшумно закрылась за ними. Гостеприимный хозяин нажал на кнопку своего этажа и, не сдержавшись, резко повернулся к своему красавцу. Он легонько толкнул Густо к стене, взял его лицо в ладони и порывисто поцеловал в губы. Тот не вырывался, но на поцелуй не ответил. Он опустил глаза, глядя куда-то в район груди агрессора, будто раздумывая, а не сглупил ли он, поехав домой к этому мужчине. Дим шагнул назад и оперся спиной о противоположную стену, засунув руки в карманы брюк.
 – Виноват, – с улыбкой произнёс он, потупившись, демонстрируя сдержанность. Рано, слишком рано. Будет глупо спугнуть его сейчас своими порывами.
 Дим вошёл в квартиру первым, жестом попросив Густо закрыть дверь. Таким образом он давал парню понять, что не собирается его запирать в клетке, оставив ему возможность выйти из квартиры в любой момент. Он скинул летние туфли и пошёл босиком на кухню, поманив притихшего гостя рукой.
 – Поверь мне, такого «Наполеона» ты в жизни не ел.
 Густо скинул шлёпки и пошёл на голос. Воодушевившийся хозяин мысленно вознёс хвалу богам за то, что всё-таки позволил сестре всучить себе этот её фирменный «Наполеон» на вчерашнем дне рождения. Он открыл холодильник и достал здоровый кусок торта. Запах выпечки и сгущёнки сразу заполнил кухню. Он включил чайник и повернулся к Густо, указав ему на стул.
 – Хочешь лимо...
 Он замолчал на полуслове под пристальным взглядом парня. Тот откровенно смотрел ему прямо в глаза, и этот взгляд не оставлял никаких сомнений в том, что сейчас мальчик хочет нечто другое. Дим подошёл к напряжённому гостю и провёл пальцами по его лицу – Густо не отодвинулся и не отвёл взгляда. Мужчина медленно обошёл его и обнял сзади за талию, прижавшись губами к шее красавца, вдыхая запах его кожи. Тот немного откинул голову назад и закрыл глаза.
  «Победа!» – пронеслось у Дима в голове, и он потащил драгоценную добычу в спальню, сжав за руку чуть выше локтя. Густо послушно следовал за ним. Они вошли в комнату, и Дим сразу толкнул Густо на кровать. Тот прополз на середину кровати, сел и снял футболку, пока Дим быстро расстегнул на себе рубашку, вырвав с корнем пару пуговиц. Густо откровенно разглядывал его, ведь в прошлый раз он не видел Дима обнажённым, кроме отдельных частей. Они не включали лампу, и садящееся солнце заливало комнату красновато-жёлтым светом. Дим на коленях подполз к Густо и стал стягивать с него джинсы. Тот пытался помочь ему с молнией, но они только мешали друг другу. Наконец долгожданный гость остался без джинсов, в одних чёрных боксерах.
 А хозяин чувствовал, как в его собственных штанах дымится член. Надо было успокоиться, ведь сегодня Густо сам пришёл к нему, сам залез на эту кровать и готов отдаться ему по собственной воле – торопиться никак нельзя. Парень вернулся сюда за теми ощущениями, которые не смог забыть. У Дима вдруг мелькнула мысль: а что если мальчик уже попробовал с другим мужчиной? Не в этом ли секрет его спокойствия сейчас? От этой теории похолодело внутри. Он так разволновался, что у него даже слегка ослабла эрекция, и он выпрямился, оглядывая Густо сверху вниз. Тот откинулся на подушку и смотрел на Дима немного пьяными глазами. Дим молчал, сосредоточенно разглядывая прекрасное лицо, будто искал там подтверждение своим сомнениям. Густо сдвинул брови:
 – Что случилось?
 – У тебя был другой после меня? – И он не мог поверить, насколько жалко прозвучали эти слова. Неуверенный в себе ревнивец, накручивающий сам себя подозрениями.
 Роковой красавец вдруг засмеялся и повернулся на бок лицом к Диму, подперев голову рукой, согнутой в локте.
 – Ты о чём думаешь, алё? Я тогда-то чуть кони не двинул с тобой от нервов. Ты думаешь, я ударился в голубизну? Да я до сих пор поверить не могу, что я опять здесь!
 Дим слегка покраснел, радуясь, что в свете красного солнца это будет незаметно. Он смущённо улыбнулся, разглаживая невидимые морщинки на простыне.
 – У меня никого не было, – тихо продолжил Густо. – Даже бабы. Так что не мог бы ты обслужить меня по полной? – И он засмеялся, довольный своей остротой.
 Ревнивец просиял, шутливо зарычал и, наклонившись к Густо, укусил его за шею. Тот сжал плечи, прыская от смеха.
 – Щекотно, харош!
 Дим взял Густо за подбородок и наконец поцеловал его в губы. Он целовал его сначала очень слабо, потом всё сильнее и сильнее прижимаясь губами, запуская свои пальцы в чёрные волосы. Густо приоткрыл рот, пропуская его язык, и Дим сразу воспользовался приглашением – со стоном, пылко, зажмуриваясь. Он почувствовал, что Густо поглаживает его по спине, и от этого отклика чуть не кончил прямо себе в штаны. А поцелуй становился всё жарче и жарче. Дим засасывал губы и язык любовника, нежно покусывая. Почувствовав привкус алкоголя на губах, он внезапно уточнил, оторвавшись:
 – Каким пойлом ты заливался?
 Густо облизал губы.
 – Коктейль. Голубая... лагуна... – Они оба покатились со смеху. Дим повалился рядом с пьяницей на спину, закрыв ладонью глаза, а тот смеялся, схватившись за живот, согнув ноги в коленях.
 Отсмеявшись вволю, Дим расстегнул молнию на своих брюках и, подняв бёдра, стянул их вместе с трусами. Его член торчал вертикально вверх, радуясь долгожданной свободе. Густо тоже перестал смеяться и лежал на спине, кидая неуверенные взгляды на тело своего партнера. Это было неловко, но в то же время возбуждало Дима, ведь его не оттолкнули. Он взял под козырёк и сказал, кивая на боксёры Густо:
 – Парковка в трусах запрещена.
 Тот прыснул и ответил:
 – Какой озабоченный дэпээсник. С палкой.
 Дим привстал на кровати и стянул с Густо трусы. В один момент они перестали обмениваться шутками, включаясь в режим любовников. Дим гладил и целовал всё тело Густо, а тот неуверенно гладил его в ответ, будто боясь дотронуться до мужского тела в полную силу. Дыхание обоих становилось всё более глубоким и шумным. Дим ласкал языком соски парня, гладя его живот и бёдра, умышленно не касаясь члена. Тот выгибался, подсовывая ему под руку свой полувозбуждённый орган. Дим поднял голову и посмотрел Густо в глаза:
 – Скажи мне, что ты хочешь. Я сделаю всё, но ты должен это сказать.
 Он хотел полностью подчинить желанного мальчика. Сделать зависимым, страстно жаждущим его ласк. Густо должен понять, чего он хочет и что он может получить это от него, Дима. Тот с секунду молчал, а затем произнёс, глядя на соблазнителя своими угольными глазищами:
 – Возьми его в рот... – И закусил губу, возможно, устыдившись своей просьбы.


Продолжение

@темы: текст, Вид снизу